香港的示威抗议最近一个多月已成常态。从6月中旬起起，连续两次数十万人、甚至上百万人游行，到目前几乎每周都有抗争活动。一开始和平的示威往往演变成激烈的警民冲突，胡椒水、催泪弹、橡胶弹、布袋弹等武器已然不再陌生。在冲突现场，当防暴警察和抗争者对峙，气氛变得凝重而紧张，一个女性的声音坚定而持续地从扩音器中传来。
那是抗争现场唯一清晰可辨的声音，仿佛凝聚一切枪声、人声、敲击声和嘈杂声。
大多时候朝向警察，气息饱满，字句清楚：“请——警务人员——保持冷静——和克制。”
这是42岁的陈虹秀。她多年来在儿童院社担任社工，兼职香港社会工作者总工会理事。一个月前，陈虹秀加入刚成立的团体“阵地社工”，走向示威游行前线。她说自己的角色是，面对高墙，守护“鸡蛋”。
她站在警察和示威者中间，一手提着扩音机，一手拿着麦克风。她头扎马尾辫，脚蹬运动鞋，穿着印有“我们是社工，守护公义”的黑色T恤，是少有的不戴头盔、眼罩等防护装备的人。她身高并不出众，夹在多数是男性、身材高大的警察和抗争者之间，往往看不到她的身影。
“前面的警务人员请留意，刚才你们似乎因为一件小事，情绪变得激动……如果一位师奶扔了一条棍子，闪过一条蓝光，你们就觉得生命受到威胁的话，那你们的脑袋就不够冷静，情绪不够稳定，那么可能不再适合执行这个清场行动了。”7月21日晚上10点半，陈虹秀站在上环士林街天桥下喊道。
当时游行已近尾声，警察试图清场。警方和示威者各沿天桥东西两侧站立，陈虹秀与记者一起站在隔离带当中，斜面与警方相对。
“再次提醒，大家正在退后了，需要时间，人挤人啊，走不动啊，”陈虹秀仿佛在与警察打斡旋战。警队中窸窣作响，似有行动迹象；抗争者一方传来的撞击声越来越响。
几名警察明显烦躁不安，手持警棍走向陈虹秀。其中一名扯掉防毒面具和头盔，对她大声喊道，“我请你——用你的麦克风——叫后面的——市民——立即——离开，可以吗？”
“我重新讲一遍，我从来没资格叫任何人离开。我只是在这里监察警权。”陈虹秀回应，丝毫没有转向之意。
“那你用你的麦克风——呼吁——他们继续离开。”这位警察继续劝说。
“其实不如你自己看一下，他们已经在离开了啊。”陈虹秀冷静如常，头向后微摆，示意警察自己看。
“继续——呼吁——他们离开！”警察大喊，无奈地摇头，转身离去。
陈虹秀随之上前一步，昂起头，提高声调，继续喊话，“你们保持冷静，我见到你们有点激动……如果累了，引致情绪不稳，你们得留意了。”
已经转身的警察又转向陈虹秀，手臂高举头盔，上下晃动，大声喊道：“你不要再继续吵了！要么你就让他们离开！”
警察归位，几分钟后，连发三枪催泪弹。火花在陈虹秀前方几米处四溅，而她的声音依然在响起……
陈虹秀2014年“雨伞运动”时就走进示威现场。当年12月1日，她在金钟龙和道留守，一位示威者见她没戴防备，将头盔放在她头顶。不料却遭警察注意，朝她挥动警棍，所幸被另一名警察拉住。从此，陈虹秀决定不戴任何防备。
她对BBC中文说，“（到现场）不是为了冲击、为了伤人，只是为了表达声音、表达想法。”
她认为警察对装备带有偏见，“不知道他们在警队中接受了什么信息，怎么理解现在的年轻人”。所以在最近一个多月的抗争中，她向警察喊话：戴口罩、头盔、眼罩的人不是暴徒，只是保护自己的基本装备。
陈虹秀原本的工作是为特殊儿童提供支持。社工生涯中，她处理过家暴、性侵等问题。但当她看到上百万人上街反对修订《逃犯条例》，男女老少，扶老携幼，而政府依然为之不动时，她感到极为痛心，于是再次决定走上前线。
“想在绝望中找寻出路。”她说。
凭借十几年的社工经历，陈虹秀认为，冲突往往只是表面，背后有深层次的问题。她拿青年犯罪问题做比，说家长自己情绪失控，将怒气撒到孩子身上，长期以往导致孩子性格缺陷，产生犯罪倾向。就如同香港现在所面临的困境，是政府长期失责，令政策扭曲所致。
她说。“只看当下这一刻发生的事，解决不了问题”。
她与同伴决定在能力所及成立“阵地社工”。该团体自6月中旬成立后，现已招募数十人。除了像陈虹秀一样驻守冲突现场警戒线，还有社工负责为示威者提供情绪和法律支持、保障人权及隐私，也有社工陪同伤者去医院，告知被捕者面临的程序等。
Friday, July 26, 2019
Wednesday, July 10, 2019
В мэрии Москвы рассказали о многоуровневой системе слежения
Московские власти используют многоуровневую систему слежения за передвижениями жителей столицы. Вице-мэр Москвы Максим Ликсутов в беседе с Би-би-си рассказал, что мэрия формирует ее на основе жалоб жителей, данных, получаемых от легальных такси, камер фото- и видеофиксации, поездок по карте "Тройка" и данных мобильных операторов. Ликсутов утверждает, что вся эта геоаналитика обезличена и используется только для улучшения маршрутной сети. Однако эта система не вполне легальна, говорит эксперт.
В марте этого года стало известно о том, что московская мэрия уже несколько лет закупает данные о передвижениях жителей столицы у мобильных операторов. Эта новость вызвала бурную реакцию в соцсетях и подозрения в том, что власти имеют доступ к личным данным москвичей и следят персонально за каждым человеком. Мэрия тратит на это большие деньги: столичное правительство заключило контракты на покупку геоаналитических данных в 2015-2020 годах на сумму 724 млн рублей (данные двух контрактов на сайте госзакупок: 1, 2).
В отчетах на основе данных сотовых операторов, которые по контракту получает мэрия, указано число жителей районов Москвы и Московской области (эти территории поделены на участки 500 на 500 метров), сколько людей живет на каждом участке, сколько работает, кто из них ездит на работу в другой район, а кто по работе ездит по всему городу. Если человек провел в каком-либо месте больше всего времени ночью - с 23 часов вечера до 6 утра, это место считается его домом. Работой - место, куда человек приезжает из дома и где находится преимущественно с 10 до 17 часов.
Тогда же стало известно, что городские власти используют эти данные для планирования маршрутов общественного транспорта и при разработке планов по развитию транспортной инфраструктуры.
Русская служба Би-би-си поговорила о слежении за передвижениями жителей Москвы с вице-мэром Максимом Ликсутовым, отвечающим за транспортный комплекс. Оказалось, что у мэрии есть целая система отслеживания передвижений жителей, в которую собираются данные из нескольких источников.
По словам Ликсутова, началось все в 2011 году, когда в департаменте транспорта под его руководством собрали все жалобы и обращения жителей по теме работы транспорта за три года. "Тогда у нас был только такой инструмент [для корректировки маршрутных сетей], других данных не было вообще", - говорит вице-мэр.
Позже мэрия стала собирать данные о передвижениях легального такси. "Мы стали смотреть на точки, в которых эти такси ездят массово - значит, там не хватает [общественного транспорта]. Так мы поняли, где нужно пустить дополнительные маршруты городского транспорта", - рассказывает Ликсутов.
Также городские власти стали использовать данные с камер фото- и видеофиксации. "Мы стали смотреть и анализировать миграцию личных автомобилей по всему городу, мы стали понимать, как люди перемещаются из одного района в другой. Нас не интересует, кто едет - вы или ваш муж или еще кто-то, нас интересует, сколько машин в каком направлении ездит и как этой реальной корреспонденции [траектории и количеству передвижений] соответствует маршрутная сеть", - говорит чиновник.
По словам Ликсутова, еще один источник данных для мэрии - поездки по карте "Тройка", а с 2015 года власти используют данные, купленные у сотовых операторов. Все вместе эти данные обобщаются, обрабатываются и используются мэрией - как утверждает Ликсутов, только для улучшения маршрутной сети столицы.
Максим Ликсутов: Обезличенные данные мобильных операторов, которые появились у нас с 2015-2016 годах, мы наложили на старые данные [жалобы жителей, данные от легальных такси, камер фото- и видеофиксации, поездок по карте "Тройка"]. Так мы получили новые обогащенные данные, чтобы еще лучше доделать маршрутную сеть.
Но эти данные [сотовых операторов] тоже нужно калибровать, потому что вы с мобильным телефоном и пешком идете, и на машине, и на велосипеде - и понять, как именно вы передвигались, по этим данным сложно, на них полагаться и брать их в основу нельзя. Поэтому это только обогащение тех данных, которые у нас уже были, наслоение всех этих данных и их вычистка позволяют получить целостную картину. Так работают все, если где-нибудь в Лондоне город поставит задачу какой-нибудь организации проанализировать, как улучшить городской транспорт, они сделают точно так же, это не какой-то уникальный подход правительства Москвы.
Би-би-си: Но все переживают за свои персональные данные. В России за этой сферой нет общественного контроля.
М.Л.: У нас нет никаких персональных данных. Эти данные выглядят как точки, которые каким-то образом перемещаются, мы даже близко не знаем, кто это.
Би-би-си: Но в российском законодательстве нет понятия обезличенных данных, это серая зона.
М.Л.: Насколько я знаю, такие данные применяются и в маркетинге, и в рекламе, и в других сферах. Могу четко сказать, что у нас ни идей, ни задач, связанных с получением персональных данных, не было и не будет, мы понимаем границу, что есть данные, на которые мы не можем претендовать никак. У нас, во-первых, внутренняя система ценностей не позволяет этого, во-вторых, нам эти данные никто не даст. Правоохранительным органам еще могут дать, а нам точно нет.
Би-би-си: А данные от операторов общественного Wi-Fi в транспорте вы используете?
М.Л.: Да, мы их используем. Во-первых, у нас есть SLA (соглашение об уровне услуг), которое нам показывает количество сессий, которые получились и не получились, так мы видим технические неполадки с Wi-Fi. Во-вторых, мы знаем, сколько человек зашло на какой-то станции, мы смотрим, сколько из них подсоединились к Wi-Fi. Так мы смотрим востребованность услуги и кто где ездит. Это повод подумать о том, какие услуги мне дальше надо дать. Если я вижу, что где-то много людей, которые пользуются Wi-Fi, значит, наверное, здесь больше молодежи, значит здесь мне надо поставить больше автоматов по продаже билетов, потому что они скорее купят билеты в автоматах, а кассу держать здесь не надо в обычном режиме. Для нас это возможность оптимизации нашей работы.
По обезличенным данным всегда можно восстановить их принадлежность определенному субъекту персональных данных, говорит генеральный директор компании IDX Светлана Белова.
"Известно, что данные о четырех точках местонахождения (например, полученные с телефона) , однозначно определяют личность человека. Так что по обезличенным данным, обогатив эту информацию, можно вычислить местонахождение граждан и их окружение в любой момент времени. Достаточно вспомнить шпионские истории, где люди "прокололись" именно на местоположении", - отмечает эксперт.
В целом, по словам Беловой, многоуровневая система, о которой рассказал Ликсутов, не вполне легальна.
"Она была бы легальна, если бы граждане были проинформированы, какие данные и с какой целью собираются и обрабатываются. Скорее всего, понимая бытовое удобство и полезность такой обработки, они бы дали согласие. Но право и техническая возможность контролировать должны быть предоставлены субъектам персональных данных. Сейчас такой возможности нет", - говорит Белова.
В последние годы российские власти говорили о том, что собираются усовершенствовать законодательство в сфере использования персональных данных, но пока это не сделано. Так, в мае 2019 года должны были быть приняты изменения в закон "О персональных данных" с уточнением порядка обезличивания персональных данных, условий и порядка их использования, а также порядка получения согласия и обеспечения соблюдения прав и интересов граждан. Кроме того, планировалось уточнить ответственность за ненадлежащие обработку и безопасность персональных данных. Об этом говорилось в утвержденном в 2017 году правительством плане мероприятий по совершенствованию нормативной базы в рамках программы "Цифровая экономика". Документ должен был быть разработан при участии министерства цифрового развития, ФСБ, минэкономразвития и других ведомств.
Но в конце прошлого года власти решили перенести срок принятия этого документа на лето 2019 года.
В паспорте нацпроекта "Цифровая экономика" напротив названия этого законопроекта в графе "срок реализации" стоит дата 31 июля 2019 года. На момент публикации статьи такой законопроект не был внесен в Госдуму.
Би-би-си направила запросы представителям вице-премьера Максима Акимова (куратор нацпроекта) и министра цифрового развития Константина Носкова (руководитель нацпроекта) и ожидает ответа.
В марте этого года стало известно о том, что московская мэрия уже несколько лет закупает данные о передвижениях жителей столицы у мобильных операторов. Эта новость вызвала бурную реакцию в соцсетях и подозрения в том, что власти имеют доступ к личным данным москвичей и следят персонально за каждым человеком. Мэрия тратит на это большие деньги: столичное правительство заключило контракты на покупку геоаналитических данных в 2015-2020 годах на сумму 724 млн рублей (данные двух контрактов на сайте госзакупок: 1, 2).
В отчетах на основе данных сотовых операторов, которые по контракту получает мэрия, указано число жителей районов Москвы и Московской области (эти территории поделены на участки 500 на 500 метров), сколько людей живет на каждом участке, сколько работает, кто из них ездит на работу в другой район, а кто по работе ездит по всему городу. Если человек провел в каком-либо месте больше всего времени ночью - с 23 часов вечера до 6 утра, это место считается его домом. Работой - место, куда человек приезжает из дома и где находится преимущественно с 10 до 17 часов.
Тогда же стало известно, что городские власти используют эти данные для планирования маршрутов общественного транспорта и при разработке планов по развитию транспортной инфраструктуры.
Русская служба Би-би-си поговорила о слежении за передвижениями жителей Москвы с вице-мэром Максимом Ликсутовым, отвечающим за транспортный комплекс. Оказалось, что у мэрии есть целая система отслеживания передвижений жителей, в которую собираются данные из нескольких источников.
По словам Ликсутова, началось все в 2011 году, когда в департаменте транспорта под его руководством собрали все жалобы и обращения жителей по теме работы транспорта за три года. "Тогда у нас был только такой инструмент [для корректировки маршрутных сетей], других данных не было вообще", - говорит вице-мэр.
Позже мэрия стала собирать данные о передвижениях легального такси. "Мы стали смотреть на точки, в которых эти такси ездят массово - значит, там не хватает [общественного транспорта]. Так мы поняли, где нужно пустить дополнительные маршруты городского транспорта", - рассказывает Ликсутов.
Также городские власти стали использовать данные с камер фото- и видеофиксации. "Мы стали смотреть и анализировать миграцию личных автомобилей по всему городу, мы стали понимать, как люди перемещаются из одного района в другой. Нас не интересует, кто едет - вы или ваш муж или еще кто-то, нас интересует, сколько машин в каком направлении ездит и как этой реальной корреспонденции [траектории и количеству передвижений] соответствует маршрутная сеть", - говорит чиновник.
По словам Ликсутова, еще один источник данных для мэрии - поездки по карте "Тройка", а с 2015 года власти используют данные, купленные у сотовых операторов. Все вместе эти данные обобщаются, обрабатываются и используются мэрией - как утверждает Ликсутов, только для улучшения маршрутной сети столицы.
Максим Ликсутов: Обезличенные данные мобильных операторов, которые появились у нас с 2015-2016 годах, мы наложили на старые данные [жалобы жителей, данные от легальных такси, камер фото- и видеофиксации, поездок по карте "Тройка"]. Так мы получили новые обогащенные данные, чтобы еще лучше доделать маршрутную сеть.
Но эти данные [сотовых операторов] тоже нужно калибровать, потому что вы с мобильным телефоном и пешком идете, и на машине, и на велосипеде - и понять, как именно вы передвигались, по этим данным сложно, на них полагаться и брать их в основу нельзя. Поэтому это только обогащение тех данных, которые у нас уже были, наслоение всех этих данных и их вычистка позволяют получить целостную картину. Так работают все, если где-нибудь в Лондоне город поставит задачу какой-нибудь организации проанализировать, как улучшить городской транспорт, они сделают точно так же, это не какой-то уникальный подход правительства Москвы.
Би-би-си: Но все переживают за свои персональные данные. В России за этой сферой нет общественного контроля.
М.Л.: У нас нет никаких персональных данных. Эти данные выглядят как точки, которые каким-то образом перемещаются, мы даже близко не знаем, кто это.
Би-би-си: Но в российском законодательстве нет понятия обезличенных данных, это серая зона.
М.Л.: Насколько я знаю, такие данные применяются и в маркетинге, и в рекламе, и в других сферах. Могу четко сказать, что у нас ни идей, ни задач, связанных с получением персональных данных, не было и не будет, мы понимаем границу, что есть данные, на которые мы не можем претендовать никак. У нас, во-первых, внутренняя система ценностей не позволяет этого, во-вторых, нам эти данные никто не даст. Правоохранительным органам еще могут дать, а нам точно нет.
Би-би-си: А данные от операторов общественного Wi-Fi в транспорте вы используете?
М.Л.: Да, мы их используем. Во-первых, у нас есть SLA (соглашение об уровне услуг), которое нам показывает количество сессий, которые получились и не получились, так мы видим технические неполадки с Wi-Fi. Во-вторых, мы знаем, сколько человек зашло на какой-то станции, мы смотрим, сколько из них подсоединились к Wi-Fi. Так мы смотрим востребованность услуги и кто где ездит. Это повод подумать о том, какие услуги мне дальше надо дать. Если я вижу, что где-то много людей, которые пользуются Wi-Fi, значит, наверное, здесь больше молодежи, значит здесь мне надо поставить больше автоматов по продаже билетов, потому что они скорее купят билеты в автоматах, а кассу держать здесь не надо в обычном режиме. Для нас это возможность оптимизации нашей работы.
По обезличенным данным всегда можно восстановить их принадлежность определенному субъекту персональных данных, говорит генеральный директор компании IDX Светлана Белова.
"Известно, что данные о четырех точках местонахождения (например, полученные с телефона) , однозначно определяют личность человека. Так что по обезличенным данным, обогатив эту информацию, можно вычислить местонахождение граждан и их окружение в любой момент времени. Достаточно вспомнить шпионские истории, где люди "прокололись" именно на местоположении", - отмечает эксперт.
В целом, по словам Беловой, многоуровневая система, о которой рассказал Ликсутов, не вполне легальна.
"Она была бы легальна, если бы граждане были проинформированы, какие данные и с какой целью собираются и обрабатываются. Скорее всего, понимая бытовое удобство и полезность такой обработки, они бы дали согласие. Но право и техническая возможность контролировать должны быть предоставлены субъектам персональных данных. Сейчас такой возможности нет", - говорит Белова.
В последние годы российские власти говорили о том, что собираются усовершенствовать законодательство в сфере использования персональных данных, но пока это не сделано. Так, в мае 2019 года должны были быть приняты изменения в закон "О персональных данных" с уточнением порядка обезличивания персональных данных, условий и порядка их использования, а также порядка получения согласия и обеспечения соблюдения прав и интересов граждан. Кроме того, планировалось уточнить ответственность за ненадлежащие обработку и безопасность персональных данных. Об этом говорилось в утвержденном в 2017 году правительством плане мероприятий по совершенствованию нормативной базы в рамках программы "Цифровая экономика". Документ должен был быть разработан при участии министерства цифрового развития, ФСБ, минэкономразвития и других ведомств.
Но в конце прошлого года власти решили перенести срок принятия этого документа на лето 2019 года.
В паспорте нацпроекта "Цифровая экономика" напротив названия этого законопроекта в графе "срок реализации" стоит дата 31 июля 2019 года. На момент публикации статьи такой законопроект не был внесен в Госдуму.
Би-би-си направила запросы представителям вице-премьера Максима Акимова (куратор нацпроекта) и министра цифрового развития Константина Носкова (руководитель нацпроекта) и ожидает ответа.
Monday, July 1, 2019
七场多边外交 习近平明晰“中国观”“亚洲观”“全球观”
二十国集团(G20)大阪峰会为中国国家主席习近平2019年上半年的“全方位外交季”划上句号。从4月到6月，他更是创纪录地接连出席7场多边外交活动发表讲话，从第二届“一带一路”国际合作高峰论坛、亚洲文明对话大会、世界园艺博览会、圣彼得堡国际经济论坛、上合组织比什凯克峰会、亚信杜尚别峰会到G20大阪峰会，虽主题各异、话题多元，观察家们却可以由此领略习近平对“大变局”之下的中国、亚洲、世界三者定位与关系的最新考量。
中国经济是一片大海，而不是一个小池塘。大海有风平浪静之时，也有风狂雨骤之时。在世界经济不确定性不稳定性增加的当下，中国经济能否再次扛过狂风骤雨？
习近平在今年上半年的多边外交场合，多次做出正面回应。在G20大阪峰会，习近平重申“中国经济稳中向好”，GDP增速“连续多年保持在6%以上的合理区间”，同时向世界传达“中国有信心走好自己的路、办好自己的事”的强烈信号。
中国经济不仅行“稳”，且有更高目标——高质量发展。一是开放。习近平在第二届“一带一路”国际合作高峰论坛上发表了以“开放”为关键词的讲话，以五个“更”来推动制度性、结构性开放；G20大阪峰会上，他又宣布了细化务实的五大举措，昭告世界：即便“风疾雨骤”，中国推进新一轮高水平开放初心不改、节奏依旧。
二是可持续。不论是习近平在世园会上“同筑生态文明之基，同走绿色发展之路”的号召，还是提出共建“一带一路”要把绿色作为底色，以及在圣彼得堡国际经济论坛上介绍中国可持续发展成果，都表明中国立足长远的高站位，与国际主流发展观相契合。
透过这些，习近平向世界讲述了一个有韧性、有执行力、有责任担当的中国，打消世界对中国经济能否承压、中国开放进程会否继续、中国发展模式是否可持续的疑虑，为处在变局之中的世界注入来自中国的确定力量。
“今日之中国，不仅是中国之中国，而且是亚洲之中国、世界之中国”，习近平这一对中国的定位，含有看待中国的三个视角——中国视角、亚洲视角和世界视角，隐含着中国继续与外部世界互信互敬、互融互利，在全球事务中发挥建设性作用的态度。
梳理7场多边外交活动，其中既有亚洲“主题”的亚文会、亚信峰会，也有与亚洲关联度极高的上合峰会和“一带一路”国际合作高峰论坛，亚洲在中国全方位外交布局中的重要性凸显。正如习近平所说，中国是亚洲之中国。中国和平发展始于亚洲、依托亚洲、造福亚洲。
如果说习近平在亚文会上对“亚洲先民”“亚洲文明发展史诗”“古老商路”的追忆，从历史维度强化了“亚洲命运共同体”的集体意识，那么，习近平亚信峰会讲话中畅想的“五个亚洲”愿景，则从现实维度回答了亚洲需要建成一个什么样的“命运共同体”。
今年的亚信峰会、上合峰会，习近平在讲话中均以一定笔墨谈及亚洲经济发展，强调“发展是解决一切问题的总钥匙”，提出“要共同推动贸易和投资自由化便利化，早日达成《区域全面经济伙伴关系协定》等区域一体化文件”，“要顺势而为，推动地区融合发展不断取得新成果”。观察认为，亚洲作为世界经济的新兴增长极，通过融合发展降低经济运行风险，乃是“大安全观”的应有之义；这也显示，亚洲正从过去的“安全共同体”“利益共同体”向当下的“命运共同体”蜕变。
同时，在全球化遭遇挑战，贸易保护主义抬头的时间点，习近平在聚焦亚洲的多边场合，既关注区域融合发展，又屡屡谈及全球经贸议题，反复强调“秉持共商共建共享的全球治理观”，“促进多边主义和自由贸易”，可谓立足亚洲放眼世界。中国推动亚洲融合的治理实践，不仅是赋能亚洲的实践，也是全球治理实践的一种微观折射。
比如，在G20大阪峰会，他提议“扫除人为障碍”以实现贸易畅通，并呼吁“避免因一时短视犯下不可挽回的历史性错误”；在亚信峰会，他告诫“封闭的空间只会四处碰壁，开放的道路才会越走越宽”；在亚文会，他指出“认为自己的人种和文明高人一等，执意改造甚至取代其他文明，在认识上是愚蠢的，在做法上是灾难性的”……
应该怎样，不该怎样——不仅是理想与现实的冲撞，也是两种不同世界观、治理观的冲撞。对此，习近平在G20大阪峰会重申中国的主张：我们处在不同发展阶段，在一些问题上存在利益差异和观点分歧很正常。关键是要弘扬伙伴精神，本着相互尊重、相互信任态度，平等协商、求同存异、管控分歧、扩大共识。
面对百年未有之大变局，弥补全球治理赤字的解决路径何在？观察家指出，以开放型世界经济破除保护主义，以文明包容互鉴超越文明冲突思维，以人类命运共同体理念更新“本国优先”战略，以“伙伴思维”取代“对手思维”，方是正途。正如习近平所倡导的，应坚持共商共建共享的全球治理观，密切协调和配合，维护以联合国为核心的国际体系，促进多边主义和自由贸易，推动国际秩序朝着更加公正合理的方向发展。
万物得其本者生，百事得其道者成。在7大多边外交场合中，均得到重点推介的“一带一路”国际合作，正是习近平推动全球治理、构建全球伙伴关系的具体实践。“一带一路”在五大洲得到的积极响应，无疑是“得其道者成”的证明，为全球化增添了新动力，为变局中的世界提供了新的可能。(完)
中国经济是一片大海，而不是一个小池塘。大海有风平浪静之时，也有风狂雨骤之时。在世界经济不确定性不稳定性增加的当下，中国经济能否再次扛过狂风骤雨？
习近平在今年上半年的多边外交场合，多次做出正面回应。在G20大阪峰会，习近平重申“中国经济稳中向好”，GDP增速“连续多年保持在6%以上的合理区间”，同时向世界传达“中国有信心走好自己的路、办好自己的事”的强烈信号。
中国经济不仅行“稳”，且有更高目标——高质量发展。一是开放。习近平在第二届“一带一路”国际合作高峰论坛上发表了以“开放”为关键词的讲话，以五个“更”来推动制度性、结构性开放；G20大阪峰会上，他又宣布了细化务实的五大举措，昭告世界：即便“风疾雨骤”，中国推进新一轮高水平开放初心不改、节奏依旧。
二是可持续。不论是习近平在世园会上“同筑生态文明之基，同走绿色发展之路”的号召，还是提出共建“一带一路”要把绿色作为底色，以及在圣彼得堡国际经济论坛上介绍中国可持续发展成果，都表明中国立足长远的高站位，与国际主流发展观相契合。
透过这些，习近平向世界讲述了一个有韧性、有执行力、有责任担当的中国，打消世界对中国经济能否承压、中国开放进程会否继续、中国发展模式是否可持续的疑虑，为处在变局之中的世界注入来自中国的确定力量。
“今日之中国，不仅是中国之中国，而且是亚洲之中国、世界之中国”，习近平这一对中国的定位，含有看待中国的三个视角——中国视角、亚洲视角和世界视角，隐含着中国继续与外部世界互信互敬、互融互利，在全球事务中发挥建设性作用的态度。
梳理7场多边外交活动，其中既有亚洲“主题”的亚文会、亚信峰会，也有与亚洲关联度极高的上合峰会和“一带一路”国际合作高峰论坛，亚洲在中国全方位外交布局中的重要性凸显。正如习近平所说，中国是亚洲之中国。中国和平发展始于亚洲、依托亚洲、造福亚洲。
如果说习近平在亚文会上对“亚洲先民”“亚洲文明发展史诗”“古老商路”的追忆，从历史维度强化了“亚洲命运共同体”的集体意识，那么，习近平亚信峰会讲话中畅想的“五个亚洲”愿景，则从现实维度回答了亚洲需要建成一个什么样的“命运共同体”。
今年的亚信峰会、上合峰会，习近平在讲话中均以一定笔墨谈及亚洲经济发展，强调“发展是解决一切问题的总钥匙”，提出“要共同推动贸易和投资自由化便利化，早日达成《区域全面经济伙伴关系协定》等区域一体化文件”，“要顺势而为，推动地区融合发展不断取得新成果”。观察认为，亚洲作为世界经济的新兴增长极，通过融合发展降低经济运行风险，乃是“大安全观”的应有之义；这也显示，亚洲正从过去的“安全共同体”“利益共同体”向当下的“命运共同体”蜕变。
同时，在全球化遭遇挑战，贸易保护主义抬头的时间点，习近平在聚焦亚洲的多边场合，既关注区域融合发展，又屡屡谈及全球经贸议题，反复强调“秉持共商共建共享的全球治理观”，“促进多边主义和自由贸易”，可谓立足亚洲放眼世界。中国推动亚洲融合的治理实践，不仅是赋能亚洲的实践，也是全球治理实践的一种微观折射。
比如，在G20大阪峰会，他提议“扫除人为障碍”以实现贸易畅通，并呼吁“避免因一时短视犯下不可挽回的历史性错误”；在亚信峰会，他告诫“封闭的空间只会四处碰壁，开放的道路才会越走越宽”；在亚文会，他指出“认为自己的人种和文明高人一等，执意改造甚至取代其他文明，在认识上是愚蠢的，在做法上是灾难性的”……
应该怎样，不该怎样——不仅是理想与现实的冲撞，也是两种不同世界观、治理观的冲撞。对此，习近平在G20大阪峰会重申中国的主张：我们处在不同发展阶段，在一些问题上存在利益差异和观点分歧很正常。关键是要弘扬伙伴精神，本着相互尊重、相互信任态度，平等协商、求同存异、管控分歧、扩大共识。
面对百年未有之大变局，弥补全球治理赤字的解决路径何在？观察家指出，以开放型世界经济破除保护主义，以文明包容互鉴超越文明冲突思维，以人类命运共同体理念更新“本国优先”战略，以“伙伴思维”取代“对手思维”，方是正途。正如习近平所倡导的，应坚持共商共建共享的全球治理观，密切协调和配合，维护以联合国为核心的国际体系，促进多边主义和自由贸易，推动国际秩序朝着更加公正合理的方向发展。
万物得其本者生，百事得其道者成。在7大多边外交场合中，均得到重点推介的“一带一路”国际合作，正是习近平推动全球治理、构建全球伙伴关系的具体实践。“一带一路”在五大洲得到的积极响应，无疑是“得其道者成”的证明，为全球化增添了新动力，为变局中的世界提供了新的可能。(完)
Subscribe to:
Comments (Atom)